Статья в блоге Группы Т1 на Habr: «Как системное мышление приводит на работу в ИТ из очень разных мест»источник

У нас есть несколько ситуаций, когда люди не из ИТ приходят в компанию. Это очень типичные и нетипичные истории сразу. Типичные — потому что все хотят, но мало у кого получается. Нетипичные — потому что есть общие особенности мышления, которые, возможно, помогут понять, что этот человек подходит для ИТ-специальности.

Младшим тестировщиком у нас работает Анастасия, бывший специалист по отслеживанию подозрительных операций в банках, проводившая международные расследования. Еще один тестировщик — Наталья, девушка из службы авиационной безопасности, которой очень нравилось искать странные вещи на картинках интроскопа. В автотестировании есть Аня, бывший строитель. Говорит, если вы способны навести порядок на стройке, то с автотестами проблем не будет. Один из ведущих разработчиков — бывший руководитель кладбища и юрист. Тимлид тестирования раньше сидел «на линии» в кол-центре. Младший аналитик — некогда ревизор федерального казначейства.

Тут тоже нельзя пропускать баги на прод

Логика простая: если человек достаточно умен и способен мыслить системно, то он будет постоянно искать применение своим способностям. И рано или поздно придет в ИТ, потому что это сейчас один из самых хорошо оплачиваемых секторов — и с хорошими перспективами.

Другое дело, что при этом придется решиться и бросить успешную карьеру, чтобы начать с нуля в ИТ.

Например, вы бы поменяли пост директора кладбища на джуна-тестировщика?

Наташа: биомедик со склонностью
к аналитике

Наташе повезло с быстрым стартом: у нее изначально было техническое образование, причем достаточно специфическое: биомедицинские аппараты и системы. По сути, это проектирование устройств для медицины. Курсовая у нее была по разработке пары новых фич для бормашины. Дальше были лаборатории по работе с титаном и биоматериалом. А после обучения вдруг выяснилось, что такие специалисты на рынке не сильно нужны.

Так биомедицинский инженер попала на работу в аэропорт на пункт досмотра пассажиров. И началось долгое сидение перед экраном интроскопа. Повезло второй раз: друзья были из тестирования, им стало интересно, как искать вещи на рентгене, и в одном из диалогов в баре Наташа рассказала, как интересно в интроскопе угадывать очертания предметов. Где-то на стадии «нужно не пропустить то, что нельзя» что-то триггернуло, и ее уговорили пойти попробовать силы в тестировании.

«Пойти попробовать» — это не «выложить резюме». Сначала надо научиться. По вечерам она стала проходить курсы. Через 2 месяца нашла компанию, которая обучает и стажирует. Дали очень хороший пакет теории, научили составлять документацию по тестированию, оценивать покрытие, находить граничные случаи, оценивать риски, расставлять приоритеты и т. д. Вместо конкретного фреймворка учили именно пониманию профессии.

Сейчас уже говорит, тестировать оказалось интереснее, чем смотреть в интроскоп. Там, конечно, тоже интересно, но очень однообразно. В тестировании каждый день новые задачи. Думаю, у нее есть все шансы расти дальше, потому что есть и прекрасная база, и внимательность, и природная склонность искать проблему.

Это, наверное, почти идеальная история, когда повезло со всем, включая правильные курсы.

Аня: «последняя выжившая»
из группы

А вот Аня наблюдала, как ее сокурсницы «теряются» с курсов одна за другой.

Несколько лет она работала в строительстве в Санкт-Петербурге: начинала со снабжения, потом стала инженером на нескольких объектах. Никогда не думала, что хоть как-то будет связана с ИТ. Но она очень быстро уперлась в планку роста: буквально в начале своей карьеры дошла до последнего грейда инженера, и стало понятно, что дальше особо нет ни финансового, ни профессионального развития. Следующие лет так 10 можно было смело класть на заполнение документации и подсчеты объемов. Это когда вы сидите и пишете папки документов массой в несколько десятков килограммов, а попутно чертите «квадратики» в автокаде.

Ее парень сказал, что можно сделать reset и попробовать себя тестировщиком. Пошла учиться, и здесь все началось очень хорошо. Отличный преподаватель, качественная проверка всех заданий, глубокая обратная связь. Но вот только до конца 12-месячных курсов дошло всего около 15 % учеников. Маркетологи фактически нагло соврали и про доступность ИТ для каждого, и про то, что будет легко, и про то, что математику знать не надо. «Математика вообще не нужна, объяснят и расскажут» — нет, даже близко оказалось не так. Причем речь не про ряды Тейлора или дифференциальные уравнения матлогистики, а про совершенно банальные вещи вроде умножения на ноль. Первыми отсеялись те, кто не понимал, на кого пришел учиться, кого сагитировали заплатить за курс, обещая золотые горы. Потом, когда сложность повысилась, как озимые опали те, кто не понимал математику выше школьного уровня. Аня понимала, потому что инженер без математики работать в принципе не может. Дальше начался производственный ад: нужно было держать хороший темп выполнения заданий, а это требует ответственности. Некоторые ставили курс на паузу, надеясь вернуться потом. Некоторые просто пропадали в никуда. В итоге из 80 человек в группе автоматизаторами тестирования работают сейчас двое: Аня у нас и еще один человек в другой компании. Возможно, кто-то еще тоже устроился, но просто не сказал. И еще несколько ребят пошли в ручные тестировщики.

Преподаватель помог студентам найти стажировки. Для Ани важным было то, что она хотела начать с ручного тестирования и постепенно расти, но преподаватель убедил ее, что это не лучший старт. Ее навыков и знаний хватает на то, чтобы начинать с автоматизации, потому что потом переходить будет тяжело. Так сложилось, что ручные тестировщики почти не пишут код (потому что они ручные), а автоматизаторы как раз пишут, и это очень хорошая практика в команде, потому что надо общаться с аналитиками, разработчиками, знать продукт очень хорошо.

Сейчас Аня быстро разбирается с архитектурой продукта, и, думаю, после взятия последнего грейда в автотестировании вряд ли засидится в отделе. Скорее всего, у нее есть шансы стать разработчиком.

Настя: «Волк с Уолл-стрит»

Настя закончила Рязанский университет, получив специальность «историк». С точки зрения карьеры тут перспективы так себе, потому что историк — это замечательный кругозор, не имеющий практического применения. Но Настя специализировалась по международным отношениям, а одному банку как раз был нужен специалист с такими навыками. Ее задачей стало отслеживание подозрительных операций в банке (работа, примерно напоминающая дебаг по разбору транзакции за транзакцией), затем случилась командировка в Польшу уже для международного расследования. Потом был перерыв на декрет — и после него Настя поняла, что возвращаться в банк она не хочет.

Обратите внимание: она не дошла до какого-то тупика, а заранее поняла, что такая карьера ей не очень нужна. Встал выбор — кем, собственно, она хочет быть. Помогло то, что одна из ее знакомых, веб-дизайнер, жаловалась на тестировщика. Начали обсуждать эту историю, Настя стала читать, кто такой тестировщик, — и внезапно поняла, что это вполне нормальный старт новой карьеры. Решила, что нужно развиваться в ИТ, полгода обучалась самостоятельно, затем пришла в EPAM. А дальше как в фильме «Волк с Уолл-стрит»: в самом начале работы, когда она радостная выходит на новую должность, ей сообщают, что компания уходит из России. Уже после этого пришла к нам.

Алексей: юрист
и руководитель кладбища

В 14 лет Алексей влюбился в компьютеры и… пошел учиться на юриста. Предполагалось, что ИТ — это хобби, а юридическая работа будет специальностью и карьерой до самой старости. Прошло несколько лет на госслужбе, и его настиг инсайт: в этой жизни должно быть что-то более интересное. Очень тяжело посреди карьеры обнаруживать, что тебе неинтересна твоя же специальность. А с ним случилось именно так. В поисках выхода он попробовал, как сейчас модно говорить, горизонтальный рост до директора кладбища, но там оказалась тоже тоска смертная.

Потом по семейным обстоятельствам у него образовалось свободное время на подумать. И вот тут началось интересное. Алексей вспомнил юношескую любовь к компьютерам и решил перейти в ИТ. Начал со «Скиллбокса». Точнее, немного не так: сначала определился, что хочет стать фронтендером, потому что нравился интернет и было увлекательно разбираться, как работают сети.

Дальше он пошел в Бауманку на повышение квалификации. Диплом об окончании оказался магическим для эйчаров, потому что, ну, знаете, Бауманка. Доучивался уже сам. Поговорил с опытными фронтендерами, узнал требования, понял, как к этому прийти, дальше учился по «Хабру» и «Ютьюбу», смотрел переводы иностранных курсов. Естественно, в реальности все не так, как на «Ютьюбе», но базовые знания получил достаточно хорошо.

Мне советовали не пахать с утра до ночи, советовали отдыхать. Но мне очень нравилось учиться. Постоянно делал чуть ли не ежедневный отчет, что получилось выучить и как я могу это использовать. Порекомендовали завести в «Твиттере» аккаунт и публиковать отчеты для себя — чтобы записывать прогресс и потом взглянуть свысока. Помогло. Делал обычные сайты-визитки, single page application’ы и т. д.

По фреймворкам провел анализ по вакансиям и решил, что нужно идти в Реакт (но сейчас пишет на Vue). На Вью перешел быстро, просто перевели с проекта на проект, а там оно. Самое главное, что у Алексея постоянно были маленькие практические проекты, которые дали глубокое понимание JS. Остальное — уже детали.

Что интересно, директор кладбища получает меньше, чем джун + тестировщик.

Григорий: фотограф-маркетолог-официант

Григорий с детства возненавидел программирование. Виноваты школа и физико-математический класс. Ну, знаете, это как с литературой: если вас заставлять читать Толстого, то, наверное, вряд ли вы его полюбите. Григория заставляли программировать, чтобы класс мог доказать свою силу и участвовать в олимпиадах. Поддосовый интерфейс Турбо-Паскаля до сих пор иногда возвращается к нему в кошмарах.

Дальше он занимался всем чем угодно, кроме ИТ: фотографией, маркетингом, руководил проектами в кол-центре в «Билайне». Многие бывшие одноклассники в этот момент уже работали в США в MS, но все разработчиками. Григорий, возможно, и хотел бы переехать, но подозревал, что для этого вновь придется программировать. А дальше в кол-центре оператора вдруг случилось открытие. В ИТ, оказывается, бывает не только чертов Турбо-Паскаль и разработка, но и еще много чего. Аналитика, дизайн, тестирование и вообще целый мир единорогов с радугами. Выбрал тестирование, потому что это была понятная помощь людям. Тестирование лежало где-то на границе между разработкой и клиентами, то есть можно было видеть и мир ИТ, и реальную передовую, как в кол-центре. Посмотрел много видео, почитал книг. Начал искать работу. Собеседовании на тридцатом повезло, пришел в Нижнем в компанию начинающим тестировщиком. Дальше сменил 5 компаний, у нас уже дорос до руководителя группы тестирования.

Анастасия: ревизор
федерального казначейства

В мире финансов есть свой аналог тестирования — работа ревизором. Вы приходите в компанию, вам дают кабинет с кондиционером на 17 градусов и парой тонн документов. Нужно все их сопоставить и убедиться, что все хорошо. Когда вы проверяете детсад, это работа, которая делается полуинтуитивно и целиком умещается в голове. Когда вы проверяете управления МВД или ФСИН, это уже большие проекты.

Через 6 лет настойчивости и внимательности Настя стала главным ревизором. А дальше все. Все объекты разные, все разное, но принцип работы одинаковый. Есть потолок зарплаты, есть окостенение в рамках функций. Чем больше сидишь, тем больше сужается кругозор, наступает профдеформация. Дальше получится проверять только бюджетный учет. Да, Настя ездила и в Мурманск, и на Ямал, и в Петербург, но все равно медленно становилась винтиком в системе. Рядом у нее были коллеги с суперузкой специализацией, например, только на проверке музеев.

Она понимала, что через пару лет уйти уже будет куда тяжелее. Начала откладывать деньги. Хотелось удаленки, зарплаты побольше. Решила попробовать себя в коммерции в том же бухучете. Пошла работать в аудиторскую компанию, но это была иностранная аудиторская компания, поэтому работать получилось недолго.

И тут решила попробовать другое — пошла в ИТ. Триггером, наверное, было то, что в ИТ давали плюшки по ипотеке. Посмотрела вакансии, увидела в вакансии финтех-аналитика подозрительно знакомые слова, пришла к нам. Узнала, что главные заказчики — как раз те, кто делают бухучет. То есть заказчика она понимала идеально вплоть до нюансов. Возможно, даже лучше, чем сам заказчик.

Главное — надо было решиться. Понимала, что хочу менять, и потому заранее делала денежный запас. Понимала, что когда начинаешь заново, доход будет падать. Морально и материально готовилась… Мне очень нравится работать в ИТ. Переживала, что буду «пенсионеркой», 29 лет, а всем рядом будет по 22. Оказалось, нет. В стажерке разные ребята, кому-то 30, кому-то больше, кто-то после универа. Нет сильной субординации. Нравится, что ценится опыт — пригодился мой ревизионный опыт и аудиторский. Удаленка есть.

Работает уже 10 месяцев на проекте, кроме аналитики еще подучила Gherkin, пишет на нем сценарии.

Олег: строитель железных дорог

8 лет Олег преподавал строительство железных дорог, еще 2 года — ИТ. Причем сначала железнодорожникам понадобились курсы повышения квалификации по Excel, а преподавателя не было. Олега уговорили разобраться и взять этот курс. Дальше он разобрался еще и в макросах, и понеслось.

Собственно, в ИТ он пошел осознанно ради денег. Был пошаговый план, и первый шаг — получение профильного образования.

Было расписание такое: днем я преподаю на парах ЖД — вечером мне преподают ИТ с очниками. Сидели на философии и т. п. и всех других дисциплинах этого блока. Студенты, к счастью, не пересекались. Группы, кого я учил и с кем учился, были разные. Второе образование было получить ультрапросто: я преподаю, нет проблем с обучением. Больше я боялся, что придут бакалавры, которые будут в ИТ как рыбы в воде, и я за ними не угонюсь. Но попал в группу связистов, с ними мы прогрессировали более-менее одинаково быстро. Был хороший уклон в науку: матмоделирование, статистика.

Дальше надо было разобраться с 1С для преподавания тем же железнодорожникам.

Фирма 1С дала видеозаписи трех курсов. У них есть программа для преподавателей, там бесплатно учат разработке. Прошел минимум. Начал преподавать студентам. Вместе разбирали учебные задачи. Это дало начальный уровень знаний. А когда он есть — странно не пойти дальше в разработчики. Кстати, смотрите на своего преподавателя разработки: платят в университетах мало, и выбирать лучше тех, кто преподает не потому, что это единственная профессия, а потому, что таково призвание. То есть один из лучших вариантов — когда человек где-то работает и преподает по совместительству.

Собственно, сейчас Олег в нашей команде занимается 1С-разработкой.

Итого

Люди попадают в ИТ и «как обычно», и самыми странными путями. Но точно могу сказать: если есть склонность, решимость бросить все и начать заново, и достаточно терпения, чтобы пережить год обучения, — это может стать новым стартом. Хотя бы в деньгах, потому что практически все даже на начальных позициях в ИТ получают сопоставимо с тем, что когда-то было карьерным потолком на прежнем месте.

Карьера
Работа в T1
Выбирайте подходящее направление и присоединяйтесь, чтобы вместе создавать технологии, определяя будущее!
Подробнее
Написать нам